Г-н Журден, учитель музыки, учитель танцев.Г-н Журден. Очень даже здорово: танцоры откалывают лихо.Учитель танцев. А когда танец идет под музыку, то впечатление еще сильнее. Мы сочинили для вас балет, вы увидите, сколь это очаровательно.Г-н Журден. Он понадобится мне сегодня же: особа, в честь которой я все это устраиваю, должна пожаловать ко мне на обед.Учитель танцев. Все готово.Учитель музыки. Одного, сударь, недостает: такой особе, как вы, со всем вашим великолепием, с вашей склонностью к изящным искусствам, непременно нужно давать у себя концерты по средам или по четвергам.Г-н Журден. А у знатных господ бывают концерты?Учитель музыки. Разумеется, сударь.Г-н Журден. Тогда и я начну давать. И хорошо это получится?Учитель музыки. Не сомневаюсь. Вам потребуется три голоса: сопрано, контральто и бас, а для аккомпанемента — альт, лютня и, для басовых партий, клавесин, а для ритурнелей — две скрипки.Г-н Журден. Хорошо бы еще морскую трубу. Я ее очень люблю, она приятна для слуха.Учитель музыки. Предоставьте все нам.Г-н Журден. Смотрите не забудьте прислать певцов, чтоб было кому петь во время обеда.Учитель музыки. У вас ни в чем недостатка не будет.Г-н Журден. Главное, чтоб хорош был балет.Учитель музыки. Останетесь довольны, особенно некоторыми менуэтами.Г-н Журден. А, менуэт — это мой любимый танец! Поглядите, я его танцую. Ну-ка, господин учитель!Учитель танцев. Извольте, сударь, надеть шляпу.Г-н Журден берет шляпу своего лакея и надевает ее поверх колпака. Учитель танцев берет г-на Журдена за руку и, напевая менуэт, танцует вместе с ним.Ла-ла-ла, ла-ла-ла, ла-ла-ла-ла, ла-ла-ла, ла-ла-ла, ла-ла-ла, ла-лала, ла-ла-ла, ла-ла-ла, ла-ла. Пожалуйста, в такт. Ла-ла-ла, ла-ла. Колени не гнуть. Ла-ла-ла. Плечами не дергать. Ла-ла, ла-ла-ла-ла, ла-ла, ла-ла. Не растопыривать рук. Ла-ла-ла, ла-ла. Голову выше. Носки держать врозь. Ла-ла-ла. Корпус прямей.Г-н Журден. Ну как?Учитель танцев. Лучше нельзя.Г-н Журден. Кстати, научите меня кланяться маркизе, мне это скоро понадобится.Учитель танцев. Кланяться маркизе?Г-н Журден. Да. Ее зовут Дорименой.Учитель танцев. Позвольте вашу руку.Г-н Журден. Не нужно. Вы только покажите, а я запомню.Учитель танцев. Если вы желаете, чтоб это был поклон весьма почтительный, то прежде отступите назад и поклонитесь один раз, затем подойдите к ней с тремя поклонами и в конце концов склонитесь к ее ногам.Г-н Журден. А ну покажите.Учитель танцев показывает.Понятно.
Явление второе
Те же и лакей.Лакей. Сударь! Учитель фехтования пришел.Г-н Журден. Скажи, пусть войдет и начинает урок. (Учителю музыки и учителю танцев.) А вы поглядите, как это у меня выходит.
Явление третье
Те же, учитель фехтования и лакей с двумя рапирами.Учитель фехтования(берет у лакея две рапиры и одну из них подает г-ну Журдену). Прошу вас, сударь, — поклон. Корпус — прямо. Легкий упор на левое бедро. Не надо так расставлять ноги. Обе ступни — на одной линии. Кисть руки — на уровне бедра. Конец рапиры прямо против плеча. Не надо так вытягивать руку. Кисть левой руки на высоте глаза. Левое плечо — назад. Голову — прямо. Взгляд уверенный. Выпад. Корпус неподвижен. Парируйте квартой и отходите с тем же парадом. Раз, два. В позицию. Уверенно начинайте снова. Шаг назад. Когда делаете выпад, нужно, чтобы рапира выносилась вперед, а тело, сколько можно, было защищено от удара. Раз, два. Прошу вас: парируйте терсом и отходите с тем же парадом. Выпад. Корпус неподвижен. Выпад. Становитесь в позицию. Раз, два. Начинайте сызнова. Шаг назад. Защищайтесь, сударь, защищайтесь! (С криком: «Защищайтесь!» — несколько раз колет г-на Журдена.)Г-н Журден. Ну как?Учитель музыки. Вы делаете чудеса.Учитель фехтования. Как я вам уже говорил, весь секрет фехтования заключается в том, чтобы, во-первых, наносить противнику удары, а во-вторых, чтобы самому таковых не получать, и вы никогда их не получите, если, как я это вам прошлый раз доказал путем наглядного примера, научитесь отводить шпагу противника от своего тела, а для этого нужно только легкое движение кисти руки — к себе или от себя.Г-н Журден. Стало быть, эдаким манером каждый человек, даже и не из храбрых, может наверняка убить другого, а сам останется цел?Учитель фехтования. Конечно. Разве я вам это не доказал наглядно?Г-н Журден. Доказали.Учитель фехтования. Отсюда ясно, какое высокое положение мы, учителя фехтования, должны занимать в государстве и насколько наука фехтования выше всех прочих бесполезных наук, как, например, танцы, музыка и...Учитель танцев. Но-но, господин фехтмейстер! Отзывайтесь о танцах почтительно.Учитель музыки. Будьте любезны, научитесь уважать достоинства музыки.Учитель фехтования. Да вы просто забавники! Как можно ставить ваши науки на одну доску с моей?Учитель музыки. Подумаешь, важная птица!Учитель танцев. Напялил нагрудник, чучело!Учитель фехтования. Берегитесь, плясунишка, вы у меня запляшете не как-нибудь, а вы, музыкантишка, запоете ангельским голоском.Учитель танцев. А я, господин драчунишка, научу вас, как нужно драться.Г-н Журден(учителю танцев). Да вы спятили! Затевать ссору с человеком, который все терсы и кварты знает как свои пять пальцев и может убить противника путем наглядного примера?Учитель танцев. Плевать я хотел на его наглядный пример и на все его терсы и кварты.Г-н Журден(учителю танцев). Полно, говорят вам!Учитель фехтования(учителю танцев). Ах, вы вот как, нахальная пигалица!Г-н Журден. Успокойтесь, любезный фехтмейстер!Учитель танцев(учителю фехтования). Ах, вы вот как, лошадь ломовая!Г-н Журден. Успокойтесь, любезный танцмейстер!Учитель фехтования. Мне только до вас добраться...Г-н Журден(учителю фехтования). Потише!Учитель танцев. Мне только до вас дотянуться...Г-н Журден(учителю танцев). Будет вам!Учитель фехтования. Я уж вас отколошмачу!Г-н Журден(учителю фехтования). Ради бога!Учитель танцев. Я вас так вздую...Г-н Журден(учителю танцев). Умоляю!Учитель музыки. Нет уж, позвольте, мы его выучим хорошему тону.Г-н Журден(учителю музыки). Боже мой! Да перестаньте!
Явление четвертое
Те же и учитель философии.Г-н Журден. А, господин философ! Вы как раз вовремя подоспели с вашей философией. Помирите как-нибудь этих господ.Учитель философии. В чем дело? Что случилось, господа?Г-н Журден. Повздорили из-за того, чье ремесло лучше, переругались и чуть было не подрались.Учитель философии. Полноте, господа! Как можно доводить себя до такой крайности? Разве вы не читали ученого трактата Сенеки о гневе? Что может быть более низкого и более постыдного, чем эта страсть, которая превращает человека в дикого зверя? Все движения нашего сердца должны быть подчинены разуму, не так ли?Учитель танцев. Помилуйте, сударь! Я преподаю танцы, мой товарищ занимается музыкой, а он с презрением отозвался о наших занятиях и оскорбил нас обоих!Учитель философии. Мудрец стоит выше любых оскорблений. Лучший ответ на издевательства — это сдержанность и терпение.Учитель фехтования. Они имеют наглость сравнивать свое ремесло с моим!Учитель философии. Это ли повод для волнения? Из-за суетной славы и из-за положения в обществе люди не должны вступать между собою в соперничество: чем мы резко отличаемся друг от друга, так это мудростью и добродетелью.Учитель танцев. Я утверждаю, что танцы — это наука, заслуживающая всяческого преклонения.Учитель музыки. А я стою на том, что музыку чтили во все века.Учитель фехтования. А я им доказываю, что наука владеть оружием — это самая прекрасная и самая полезная из всех наук.Учитель философии. Позвольте, а что же тогда философия? Вы все трое — изрядные нахалы, как я погляжу: смеете говорить в моем присутствии такие дерзости и без зазрения совести называете науками занятия, которые недостойны чести именоваться даже искусствами и которые могут быть приравнены лишь к жалким ремеслам уличных борцов, певцов и плясунов!Учитель фехтования. Молчать, собачий философ!Учитель музыки. Молчать, педант тупоголовый!Учитель танцев. Молчать, ученый сухарь!Учитель философии. Ах вы, твари эдакие!.. (Бросается на них, они осыпают его ударами.)Г-н Журден. Господин философ!Учитель философии. Мерзавцы, подлецы, нахалы!Г-н Журден. Господин философ!Учитель фехтования. Гадина! Скотина!Г-н Журден. Господа!Учитель философии. Наглецы!Г-н Журден. Господин философ!Учитель танцев. Ослиная голова!Г-н Журден. Господа!Учитель философии. Негодяи!Г-н Журден. Господин философ!Учитель музыки. Убирайся к черту, нахал!Г-н Журден. Господа!Учитель философии. Жулики, прощелыги, продувные бестии, проходимцы!Г-н Журден. Господин философ! Господа! Господин философ! Господа! Господин философ!Все учителя уходят, продолжая драться.
Явление пятое
Г-н Журден, лакей.Г-н Журден. Э, да ладно, деритесь сколько хотите! Мое дело — сторона, я разнимать вас не стану, а то еще халат с вами разорвешь. Набитым дураком надо быть, чтобы с ними связываться: неровен час, так огреют, что своих не узнаешь.
Явление шестое
Те же и учитель философии.Учитель философии(оправляя воротник). Приступим к уроку.Г-н Журден. Ах, господин учитель, как мне досадно, что они вас побили!Учитель философии. Пустяки. Философ должен ко всему относиться спокойно. Я сочиню на них сатиру в духе Ювенала, и эта сатира их совершенно уничтожит. Но довольно об этом. Итак, чему же вы хотите учиться?Г-н Журден. Чему только смогу, ведь я смерть как хочу стать ученым, и такое зло меня берет на отца и мать, что меня с малолетства не обучали всем наукам!Учитель философии. Это понятное чувство, пат sine doctrina vita est quasi mortis imago. Вам это должно быть ясно, потому что вы уж, верно, знаете латынь.Г-н Журден. Да, но вы все-таки говорите так, как будто я ее не знаю. Объясните мне, что это значит.Учитель философии. Это значит: без науки жизнь есть как бы подобие смерти.Г-н Журден. Латынь говорит дело.Учитель философии. У вас есть основы, начатки каких-либо познаний?Г-н Журден. А как же, я умею читать и писать.Учитель философии. С чего вам угодно будет начать? Хотите, я обучу вас логике?Г-н Журден. А что это за штука — логика?Учитель философии. Это наука, которая учит нас трем процессам мышления.Г-н Журден. Кто же они такие, эти три процесса мышления?Учитель философии. Первый, второй и третий. Первый заключается в том, чтобы составлять себе правильное представление о вещах при посредстве универсалий, второй — в том, чтобы верно о них судить при посредстве категорий, и, наконец, третий — в том, чтобы делать правильное умозаключение при посредстве фигур: Barbara, Celarent, Darii, Ferio, Baralipton и так далее.Г-н Журден. Уж больно слова-то заковыристые. Нет, логика мне не подходит. Лучше что-нибудь позавлекательнее.Учитель философии. Хотите, займемся этикой?Г-н Журден. Этикой?Учитель философии. Да.Г-н Журден. А про что она, эта самая этика?Учитель философии. Она трактует о счастье жизни, учит людей умерять свои страсти и...Г-н Журден. Нет, не надо. Я вспыльчив как сто чертей, и никакая этика меня не удержит: когда меня разбирает злость, я желаю беситься сколько влезет.Учитель философии. Может быть, вас прельщает физика?Г-н Журден. А физика — это насчет чего?Учитель философии. Физика изучает законы внешнего мира и свойства тел, толкует о природе стихий, о признаках металлов, минералов, камней, растений, животных и объясняет причины всевозможных атмосферных явлений, как-то: радуги, блуждающих огней, комет, зарниц, грома, молнии, дождя, снега, града, ветров и вихрей.Г-н Журден. Слишком много трескотни, слишком много всего наворочено.Учитель философии. Так чем же вы хотите заняться?Г-н Журден. Займитесь со мной правописанием.Учитель философии. С удовольствием.Г-н Журден. Потом научите меня узнавать по календарю, когда бывает луна, а когда нет.Учитель философии. Хорошо. Если рассматривать этот предмет с философской точки зрения, то, дабы вполне удовлетворить ваше желание, надлежит, как того требует порядок, начать с точного понятия о природе букв и о различных способах их произнесения. Прежде всего я должен вам сообщить, что буквы делятся на гласные, названные так потому, что они обозначают звуки голоса, и на согласные, названные так потому, что произносятся с помощью гласных и служат лишь для обозначения различных изменений голоса. Существует пять гласных букв, или, иначе, голосовых звуков: А, Е, И, О, У.Г-н Журден. Это мне все понятно.Учитель философии. Чтобы произнести звук А, нужно широк о раскрыть рот: А.Г-н Журден. А, А. Так!Учитель философии. Чтобы произнести звук Е, нужно приблизить нижнюю челюсть к верхней: А, Е.Г-н Журден. А, Е, А, Е. В самом деле! Вот здорово!Учитель философии. Чтобы произнести звук И, нужно еще больше сблизить челюсти, а углы рта оттянуть к ушам: А, Е, И.Г-н Журден. А, Е, И, И, И. Верно! Да здравствует наука!Учитель философии. Чтобы произнести звук О, нужно раздвинуть челюсти, а углы губ сблизить: О.Г-н Журден. О, О. Истинная правда! А, Е, И, О, И, О. Удивительное дело! И, О, И, О.Учитель философии. Отверстие рта принимает форму того самого кружка, посредством коего изображается звук О.Г-н Журден. О, О, О. Вы правы. О. Как приятно знать, что ты что-то узнал!Учитель философии. Чтобы произнести звук У, нужно приблизить верхние зубы к нижним, не стискивая их, однако ж, а губы вытянуть и тоже сблизить, но так, чтобы они не были плотно сжаты: У.Г-н Журден. У, У. Совершенно справедливо! У.Учитель философии. Ваши губы при этом вытягиваются, как будто вы гримасничаете. Вот почему, если вы пожелаете в насмешку над кем-либо состроить рожу, вам стоит только сказать: У.Г-н Журден. У, У. Верно! Эх, зачем я не учился прежде! Я бы все это уже знал.Учитель философии. Завтра мы разберем другие буквы, так называемые согласные.Г-н Журден. А они такие же занятные, как и эти?Учитель философии. Разумеется. Когда вы произносите звук Д, например, нужно, чтобы кончик языка уперся в верхнюю часть верхних зубов: ДА.Г-н Журден. ДА, ДА. Так! Ах, до чего же здорово, до чего же здорово!Учитель философии. Чтобы произнести Ф, нужно прижать верхние зубы к нижней губе: ФА.Г-н Журден. ФА, ФА. И то правда! Эх, батюшка с матушкой, ну как тут не помянуть вас лихом!Учитель философии. А чтобы произнести звук Р, нужно приставить кончик языка к верхнему нёбу, однако ж под напором воздуха, с силою вырывающегося из груди, язык беспрестанно возвращается на прежнее место, отчего происходит некоторое дрожание: Р-РА.Г-н Журден. Р-Р-Р-РА, Р-Р-Р-Р-Р-РА. Какой же вы молодчина! А я-то сколько времени потерял даром! Р-Р-Р-РА.Учитель философии. Все эти любопытные вещи я объясню вам до тонкостей.Г-н Журден. Будьте настолько любезны! А теперь я должен открыть вам секрет. Я влюблен в одну великосветскую даму, и мне бы хотелось, чтобы вы помогли мне написать ей записочку, которую я собираюсь уронить к ее ногам.Учитель философии. Отлично.Г-н Журден. Ведь правда это будет учтиво?Учитель философии. Конечно. Вы хотите написать ей стихи?Г-н Журден. Нет-нет, только не стихи.Учитель философии. Вы предпочитаете прозу?Г-н Журден. Нет, я не хочу ни прозы, ни стихов.Учитель философии. Так нельзя: или то, или другое.Г-н Журден. Почему?Учитель философии. По той причине, сударь, что мы можем излагать свои мысли не иначе как прозой или стихами.Г-н Журден. Не иначе как прозой или стихами?Учитель философии. Не иначе, сударь. Все, что не проза, то стихи, а что не стихи, то проза.Г-н Журден. А когда мы разговариваем, это что же такое будет?Учитель философии. Проза.Г-н Журден. Что? Когда я говорю: «Николь! Принеси мне туфли и ночной колпак», это проза?Учитель философии. Да, сударь.Г-н Журден. Честное слово, я и не подозревал, что вот уже более сорока лет говорю прозой. Большое вам спасибо, что сказали. Так вот что я хочу ей написать: «Прекрасная маркиза! Ваши прекрасные глаза сулят мне смерть от любви», но только нельзя ли это же самое сказать полюбезнее, как-нибудь этак покрасивее выразиться?Учитель философии. Напишите, что пламя ее очей испепелило вам сердце, что вы день и ночь терпите из-за нее столь тяжкие...Г-н Журден. Нет-нет-нет, это все не нужно. Я хочу написать ей только то, что я вам сказал: «Прекрасная маркиза! Ваши прекрасные глаза сулят мне смерть от любви».Учитель философии. Следовало бы чуть-чуть подлиннее.Г-н Журден. Да нет, говорят вам! Я не хочу, чтобы в записке было что-нибудь, кроме этих слов, но только их нужно расставить как следует, как нынче принято. Приведите мне, пожалуйста, несколько примеров, чтобы мне знать, какого порядка лучше придерживаться.Учитель философии. Порядок может быть, во-первых, тот, который вы установили сами: «Прекрасная маркиза! Ваши прекрасные глаза сулят мне смерть от любви». Или: «От любви смерть мне сулят, прекрасная маркиза, ваши прекрасные глаза». Или: «Прекрасные ваши глаза от любви мне сулят, прекрасная маркиза, смерть». Или: «Смерть ваши прекрасные глаза, прекрасная маркиза, от любви мне сулят». Или: «Сулят мне прекрасные глаза ваши, прекрасная маркиза, смерть».Г-н Журден. Какой же из всех этих способов наилучший?Учитель философии. Тот, который вы избрали сами: «Прекрасная маркиза! Ваши прекрасные глаза сулят мне смерть от любви».Г-н Журден. А ведь я ничему не учился и вот все ж таки придумал в один миг. Покорно вас благодарю. Приходите, пожалуйста, завтра пораньше.Учитель философии. Не премину. (Уходит.)
Явление седьмое
Г-н Журден, лакей.Г-н Журден(лакею). Неужели мне еще не принесли костюма?Лакей. Никак нет, сударь.Г-н Журден. Окаянный портной заставляет меня дожидаться, когда у меня и без того дела по горло. Как я зол! Чтоб его лихорадка замучила, этого разбойника портного! Чтоб его черт подрал, этого портного! Чума его возьми, этого портного! Попадись он мне сейчас, пакостный портной, собака портной, злодей портной, я б его...
Явление восьмое
Те же, портной и подмастерье с костюмом для г-на Журдена.Г-н Журден. А, наконец-то! Я уж начал было на тебя сердиться.Портной. Раньше поспеть не мог, и так уж двадцать подмастерьев засадил за ваш костюм.Г-н Журден. Ты мне прислал такие узкие чулки, что я насилу их натянул. И уже две петли спустились.Портной. Они еще как растянутся!Г-н Журден. Да, только не раньше, чем лопнут все петли. К тому же еще башмаки, которые ты для меня заказал, жмут невыносимо.Портной. Нисколько, сударь.Г-н Журден. То есть как — нисколько?Портной. Нет-нет, они вам не тесны.Г-н Журден. А я говорю — тесны.Портной. Это вам так кажется.Г-н Журден. Оттого и кажется, что мне больно. Иначе бы не казалось!Портной. Вот, извольте взглянуть: не у каждого придворного бывает такой красивый костюм, и сделан он с отменным вкусом. Тут с моей стороны требовалось особое искусство, чтобы получился строгий костюм, хотя и не черного цвета. Самому лучшему портному не сшить такого костюма — это уж я вам ручаюсь.Г-н Журден. А это еще что такое? Ты пустил цветочки головками вниз?Портной. Вы мне не говорили, что хотите вверх.Г-н Журден. Разве об этом надо говорить особо?Портной. Непременно. Все господа так носят.Г-н Журден. Господа носят головками вниз?Портной. Да, сударь.Г-н Журден. Гм! А ведь и правда красиво.Портной. Если угодно, я могу и вверх пустить.Г-н Журден. Нет-нет.Портной. Вы только скажите.Г-н Журден. Говорят тебе, не надо. У тебя хорошо получилось. А сидеть-то он на мне будет ладно, как по-твоему?Портной. Что за вопрос! Живописец кистью так не выведет, как я подогнал к вашей фигуре. У меня есть один подмастерье: по части штанов — это просто гений, а другой по части камзола — краса и гордость нашего времени.Г-н Журден. Парик и перья — как, ничего?Портной. Все в надлежащем порядке.Г-н Журден(приглядываясь к портному). Эге-ге, господин портной, а ведь материя-то на вас от моего камзола, того самого, что вы мне шили прошлый раз! Я ее сразу узнал.Портной. Мне, изволите ли видеть, так понравилась материя, что я и себе выкроил на кафтан.Г-н Журден. Ну и выкраивал бы, только не из моего куска.Портной. Не угодно ли примерить?Г-н Журден. Давай.Портной. Погодите. Это так не делается. Я привел людей, чтобы они вас облачили под музыку: такие костюмы надеваются с особыми церемониями. Эй, войдите!
Явление девятое
Те же и подмастерья, танцующие.Портной(подмастерьям). Наденьте этот костюм на господина Журдена так, как вы всегда одеваете знатных господ.
Первый балетный выход
Четверо танцующих подмастерьев приближаются к г-ну Журдену. Двое снимают с него штаны, двое других — камзол, а затем, все время двигаясь в такт, они надевают на него новый костюм. Г-н Журден прохаживается между ними, а они смотрят, хорошо ли сидит костюмПодмастерье. Ваша милость! Пожалуйте сколько-нибудь подмастерьям, чтоб они выпили за ваше здоровье.Г-н Журден. Как ты меня назвал?Подмастерье. Ваша милость.Г-н Журден. «Ваша милость»! Вот что значит одеться по-господски! А будете ходить в мещанском платье — никто вам не скажет: «Ваша милость». (Дает деньги.) На, вот тебе за «вашу милость».Подмастерье. Премного довольны, ваше сиятельство.Г-н Журден. «Сиятельство»? Ого! «Сиятельство»! Погоди, дружок. «Сиятельство» чего-нибудь да стоит, это не простое слово — «сиятельство»! На, вот тебе от его сиятельства!Подмастерье. Ваше сиятельство! Мы все как один выпьем за здоровье вашей светлости.Г-н Журден. «Вашей светлости»? О-го-го! Погоди, не уходи. Это мне-то —«ваша светлость»! (В сторону.) Если дело дойдет до «высочества», честное слово, ему достанется весь кошелек. (Подмастерью.) На, вот тебе за «вашу светлость».Подмастерье. Покорнейше благодарим, ваше сиятельство, за ваши милости.Г-н Журден(в сторону). Вовремя остановился, а то бы я все ему отдал.