Песнь III
Клятвы. Смотр со стены. Единоборство Александра и Менелая
Построенные воинства сходятся, трояне с криком, ахеяне тихо; ст. 1-15. Но, до начатия сражения, Парис вызывает на единоборство храбрейших из ахеян; выходит Менелай; устрашенный Парис отступает; 16-37. Скоро, однако, порицаемый Гектором, он решается на единоборство, долженствующее положить конец брани; 38-75. Гектор объявляет условия боя: победитель останется обладателем Елены и сокровищ, с нею похищенных; 76-95. Менелай, согласясь на оные, требует, чтобы договор был освящен присутствием Приама; 96-110. Воинства полагают оружия; с обеих сторон приготовляют жертвоприношения; 111-120. Между тем, Елена, Иридою возвещенная о единоборстве Париса с Менелаем, всходит на башню Скейскую, откуда был вид на поле; 121-145. Старейшины троянские, там же собравшиеся, удивляются красоте ее. Приам ее расспрашивает, а она ему указывает и именует вождей ахейских: Агамемнона — ст. 146-190, Одиссея ст. 191-224. — Аякса, Идоменея — ст. 225-233. Елена ищет в воинстве и братьев своих Диоскуридов, но не находит; 234-245. Приам, вестником приглашенный, приезжает к воинству, сопровождаемый Антенором; 246-268. Договор единоборства освящается жертвоприношением, которое совершается с обрядами и обыкновениями древности; 269-303. Приам возвращается в Трою; Гектор с Одиссеем измеряет место для битвы, бросает жребий, кому прежде начать ее; Парис и Менелай вооружаются, выходят; 304-344, сражаются, но Париса, уже побеждаемого, Киприда похищает и невредимо переносит в его почивальню; 345-382. Богиня туда же приводит Елену, против ее воли, и, негодующую, поносящую Париса, покоряет нежным его желаниям; 383-448. Менелай бесполезно ищет скрывшегося противника; Агамемнон требует от троян условленных наград победителю; 449-461.
Так лишь на битву построились оба народа с вождями,Трои сыны устремляются, с говором, с криком, как птицы:Крик таков журавлей раздается под небом высоким,Если, избегнув и зимних бурь, и дождей бесконечных,5С криком стадами летят через быстрый поток Океана,Бранью грозя и убийством мужам малорослым, пигмеям1,С яростью страшной на коих с воздушных высот нападают.Но подходили в безмолвии, боем дыша, аргивяне,Духом единым пылая — стоять одному за другого.10Словно туман над вершинами горными Нот разливает,Пастырям стад нежеланный, но вору способнейший ночи:Видно сквозь оный не дальше, как падает брошенный камень, —Так из-под стоп их прах, подымаяся мрачный, крутилсяВслед за идущими; быстро они проходили долину.15И, когда уже сблизились к битве идущие рати,Вышел вперед от троян Александр, небожителю равный,С кожею парда2 на раме, с луком кривым за плечамиИ с мечом при бедре; а в руках два копья медножалыхГордо колебля, он всех вызывал из данаев храбрейших,20Выйти противу него и сразиться жестокою битвой.Но лишь увидел его Менелай, любимый Ареем,Быстро вперед из толпы выступающим поступью гордой, —Радостью вспыхнул, как лев, на добычу нежданно набредший,Встретив еленя рогатого или пустынную серну;25Гладный, неистово он пожирает, хотя отовсюдуСам окружен и ловцами младыми, и быстрыми псами:Радостью вспыхнул такой Менелай, Александра герояБлизко узрев пред собой; и, отмстить похитителю мысля,Быстро Атрид с колесницы с оружием прянул3 на землю.30Но лишь увидел его Приамид, Александр боговидный,Между передних блеснувшего, сердце его задрожало;Быстро он к сонму друзей отступил, избегающий смерти.Словно как путник, увидев дракона в ущелиях горных,Прядает вспять и от ужаса членами всеми трепещет,35Быстро уходит, и бледность его покрывает ланиты, —Так убежавши, в толпу погрузился троян горделивыхОбразом красный Парис, устрашаясь Атреева сына.Гектор, увидев его, поносил укорительной речью:«Видом лишь храбрый, несчастный Парис, женолюбец, прельститель!40Лучше бы ты не родился или безбрачен погибнул!Лучше б сего я желал, и тебе б то отраднее было,Чем поношеньем служить и позорищем целому свету!Слышишь, смеются ряды кудреглавых данаев, считавшихХрабрым тебя первоборцем, судя по красивому виду.45Вид твой красен, но ни силы в душе, ни отважности в сердце!Бывши таков ты, однако, дерзнул в кораблях мореходныхБурное море исплавать, с толпою клевретов любезных,В чуждое племя войти и похитить из стран отдаленныхСлаву их жен, и сестру и невестку мужей браноносных,50В горе отцу твоему, и народу, и целому царству,В радость ахейцам врагам, а себе самому в поношенье!Что же с оружьем не встретил царя Менелая? Узнал быТы, браноносца какого владеешь супругой цветущей.Были б не в помощь тебе ни кифара, ни дар Афродиты,55Пышные кудри и прелесть, когда бы ты с прахом смесился.Слишком робок троянский народ, иль давно б уже был тыКаменной ризой одет4, злополучий толиких виновник!»Гектору быстро в ответ возразил Александр боговидный:«Гектор, ты вправе хулить, и твоя мне хула справедлива.60Сердце в груди у тебя, как секира, всегда непреклонно:Древо пронзает она под рукой древодела и рьяностьМужа сугубит, когда обсекает он брус корабельный:Так в груди у тебя непреклонен дух твой высокий.Не осуждай ты любезных даров златой Афродиты.65Нет, ни один не порочен из светлых даров нам бессмертных;Их они сами дают; произвольно никто не получит.Ныне, когда ты желаешь, чтоб я воевал и сражался,Всем повели успокоиться, Трои сынам и ахейцам;И посреди их поставьте меня с Менелаем героем;70Мы за Елену Аргивскую с ним перед вами сразимся.Кто из двоих победит и окажется явно сильнейшим,В дом и Елену введет, и сокровища все он получит.Вы ж, заключившие дружбу и клятвы святые, владейтеТроей холмистой; ахейцы же в Аргос, конями богатый,75Вспять отплывут и в Ахаию5, славную жен красотою».Так говорил, и восхитился Гектор услышанной речью;И, на средину исшед и копье ухватив посредине,Спнул фаланги троянские; все успокояся стали.Но на Гектора луки ахеян сыны натянули.80Многие метили копьями, многие бросили камни.К ним громогласно воззвал повелитель мужей Агамемнон:«Стойте, аргивцы друзья! Не стреляйте, ахейские мужи!Слово намерен вещать шлемоблещущий Гектор великий».Рек, — и ахеяне прервали бой и немедленно стали85Окрест, умолкнув; и Гектор великий вещал среди воинств:«Сонмы троян и ахеян красивопоножных! Внимайте,Что предлагает Парис, от которого брань воспылала.Он предлагает троянам и всем меднолатным ахейцамРатные сбруи свои положить на всеплодную землю;90Сам посреди ополчений с воинственным он МенелаемБитвой, один на один, за Елену желает сразиться.Кто из двоих победит и окажется явно сильнейшим,В дом и Елену введет, и сокровища все он получит;Мы ж на взаимную дружбу священные клятвы положим».95Рек он; ахейцы безмолвные все сохраняли молчанье;И меж них провещал Менелай, знаменитый воитель:«Ныне внимайте и мне; жесточайшая горесть пронзаетСердце мое; помышляю давно я: пора примиритьсяТрои сынам и ахейцам; довольно вы бед претерпели100Ради вражды между мной и Парисом, виновником оной.Кто между нами двумя судьбой обречен на погибель,Тот да погибнет! А вы, о друзья, примиритесь немедля.Пусть же представят и белого агнца, и черную овцуСолнцу принесть и земле; а Крониду пожрем мы другого.105Пусть призовут и Приама владыку, да клятву положитСам (а сыны у него напыщенны, всегда вероломны):Да преступник какой-либо Зевсовых клятв не разрушит:Сердце людей молодых легкомысленно, непостоянно;Старец, меж ними присущий, вперед и назад прозорливо110Смотрит, обеих сторон соблюдая взаимную пользу».Так говорил; и наполнились радостью оба народа,Чая почить наконец от трудов изнурительной брани:Коней становят в ряды, с колесниц своих прядают сами;Быстро снимают доспехи, на землю слагают их близко115Друг против друга: меж воинств осталося узкое поле.Гектор немедленно к граду глашатаев двух посылаетАгнцев поспешно принесть и вызвать владыку Приама.Царь Агамемнон равно повеление дал ТалфибиюК сеням ахейским идти и принесть на заклание агнца;120Он поспешил, повинуясь державному сыну Атрея.С вестью Ирида явилась к Елене лилейнораменной.Вестница, образ принявши любезной Елене золовки,С коей в супружестве был Антенорид царь Геликаон,Образ младой Лаодики, прекраснейшей дщери Приама,125В терем вошла, где Елена ткань великую ткала,Светлый, двускладный покров, образуя на оном сраженья,Подвиги конных троян и медянодоспешных данаев,В коих они за нее от Ареевых рук пострадали.К ней приступив, быстроногая так говорила Ирида:130«Выйди, любезная нимфа, деяния чудные видетьКонников храбрых троян и медянодоспешных данаев.Оба народа недавно, стремимые бурным Ареем,В поле сходились, пылая взаимно погибельной бранью.Ныне безмолвны стоят; прекратилася брань; ратоборцы135Все на щиты преклонилися, копья их воткнуты в землю.Но герой Александр и Атрид Менелай браноносныйВыйти желают одни за тебя на копьях сразиться.И супругой любезной тебя наречет победитель».Так изрекла и влияла ей в душу сладкие чувства,140Думы о первом супруге, о граде родимом и кровных.Встала она и, сребристыми тканями вкруг осеняся,Быстро из дому идет со струящеюсь нежной слезою.Следом за ней поспешили прислужницы верные обе,Эфра, Питеева дочь, и Климена, с блистательным взором.145Скоро они притекли ко вратам возвышавшимся Скейским6.Там и владыка Приам, и Панфой, и Фимет благородный,Клитий, божественный Ламп, Гикетаон, Ареева отрасль,Укалегон, и герой Антенор, прозорливые оба,Старцы народа сидели на Скейской возвышенной башне,150Старцы, уже не могучие в брани, но мужи совета,Сильные словом, цикадам подобные, кои по рощам,Сидя на ветвях дерев, разливают голос их звонкий:Сонм таковых илионских старейшин собрался на башне.Старцы, лишь только узрели идущую к башне Елену,155Тихие между собой говорили крылатые речи:«Нет, осуждать невозможно, что Трои сыны и ахейцыБрань за такую жену и беды столь долгие терпят:Истинно, вечным богиням она красотою подобна!Но, и столько прекрасная, пусть возвратится в Элладу;160Пусть удалится от нас и от чад нам любезных погибель!»Так говорили; Приам же ее призывал дружелюбно:«Шествуй, дитя мое милое! Ближе ко мне ты садися.Узришь отсюда и первого мужа, и кровных, и ближних.Ты предо мною невинна; единые боги виновны:165Боги с плачевной войной на меня устремили ахеян!Сядь и поведай мне имя величеством дивного мужа:Кто сей, пред ратью ахейскою, муж и великий и мощный?Выше его головой меж ахеями есть и другие,Но толико прекрасного очи мои не видали,170Ни толико почтенного: мужу царю он подобен!»Старцу в женах знаменитая так отвечала Елена:«Ты и почтен для меня, возлюбленный свекор, и страшен!Лучше бы горькую смерть предпочесть мне, когда я решиласьСледовать с сыном твоим, как покинула брачный чертог мой,175Братьев, и милую дочь, и веселых подруг, мне бесценных!Но не сделалось так; и о том я в слезах изнываю!..Ты вопрошаешь меня, и тебе я скажу, Дарданион:Муж сей есть пространно державный Атрид Агамемнон,Славный в Элладе, как мудрый царь и как доблестный воин,180Деверь7 он был мне; увы, недостойная, если б он был им!»Так говорила, — и старец, дивяся Атриду, воскликнул:«О Агамемнон, счастливым родившийся, смертный блаженный!Сколько под властью твоею ахейских сынов браноносных!Некогда, быв во фригийской земле, виноградом обильной,185Зрел я великую рать фригиян, колесничников быстрых;Зрел я Отрея полки и Мигдона, подобного богу:Станом стояло их воинство вдоль берегов Сангария8;Там находился и я, и союзником оных считался,В день, как мужам подобные ратью нашли амазонки9:190Но не столько их было, как здесь быстрооких данаев».После, узрев Одиссея, Приам вопрошает Елену:«Ныне скажи и об этом, дитя мое: кто сей данаец?Менее целой главой, чем великий Атрид Агамемнон,Но, как сдается мне, он и плечами и персями шире.195Сбруя его боевая лежит на земле плодоносной;Сам же, подобно овну, по рядам ратоборным он ходит.Он мне подобным овну представляется, пышному волной,В стаде ходящему между овец среброрунных».Вновь отвечала Приаму Елена, рожденная Зевсом:200«Муж сей, почтенный Приам, Лаэртид Одиссей многоумный,Взросший в народе Итаки, питомец земли каменистой,Муж, преисполненный козней различных и мудрых советов».К ней обративши слова, говорил Антенор благоумный:«Подлинно, речь справедливую ты, о жена, произносишь:205Некогда к нам приходил Одиссей Лаэртид знаменитый,Присланный, ради тебя, с Менелаем воинственным купно.Я их тогда принимал и угащивал дружески в доме;Свойство узнал обоих и советов их разум изведал.Если они на собранья троянские вместе являлись, —210Стоя, плечами широкими царь Менелай отличался;Сидя же вместе, взрачнее был Одиссей благородный.Если они пред собранием думы и речи сплетали, —Царь Менелай всегда говорил, изъясняяся бегло,Мало вещал, но разительно; не был Атрид многословен,215Ни в речах околичен, хоть был он и младший годами.Но когда говорить восставал Одиссей многоумный,Тихо стоял и в землю смотрел, потупивши очи;Скиптра в деснице своей ни назад, ни вперед он не двигал,Но незыбно держал, человеку простому подобный.220Счел бы его ты разгневанным мужем или скудоумным.Но когда издавал он голос могучий из персей,Речи, как снежная вьюга, из уст у него устремлялись!Нет, не дерзнул бы никто с Одиссеем стязаться словами;Мы не дивились тогда Одиссееву прежнему виду».225Третьего видя Аякса, Приам вопрошает Елену:«Кто еще оный ахеянин, столько могучий, огромный?Он и главой, и плечами широкими всех перевысил».Старцу в женах знаменитая вновь отвечала Елена:«Муж сей — Аякс Теламонид великий, твердыня данаев.230Там, среди критских дружин, возвышается, богу подобный,Идоменей, и при нем предводители критян толпятся.Часто героя сего Менелай угощал дружелюбноВ нашем доме, когда приходил он из славного Крита.Вижу и многих других быстрооких данайских героев;235Всех я узнала б легко и поведала б каждого имя.Двух лишь нигде я не вижу строителей воинств: незримыКастор, коней укротитель, с могучим бойцом Полидевком,Братья, которых со мною родила единая матерь.Или они не оставили град Лакедемон веселый?240Или, быть может, и здесь, принеслись в кораблях мореходных,Но одни не желают вступать в ратоборство с мужами,Срамом гнушаясь и страшным позором, меня тяготящим!»Так говорила; но их уже матерь-земля сокрывалаТам, в Лакедемоне, в недрах любезной земли их родимой.245Тою порой через Трою жертвы для клятвы священной,Агнцев и дар полей, вино, веселящее сердце,В козьем меху несли провозвестники; нес совокупноВестник Идей и блестящую чашу, и кубки златые;Он же, и к старцу представ, призывал Дарданида, вещая:250«Сын Лаомедонов, шествуй, тебя приглашают вельможиТрои сынов конеборных и меднодоспешных данаевВыйти на ратное поле, да клятвы святые положат.Ныне герой Александр и с ним Менелай браноносецС длинными копьями выйдут одни за Елену сразиться.255Кто победит — и жены и сокровищ властителем будет;Мы ж, заключившие дружбу и клятвы священные, будемТроей владеть, а данаи в Аргос, конями обильный,Вспять отплывут и в Ахаию, славную жен красотою».Так произнес; ужаснулся Приам, но друзьям повелел он260Коней запрячь в колесницу; они покорились охотно;Старец взошел и бразды натянул к управлению коней;Подле него Антенор на блистательной стал колеснице;В поле они через Скейские быстрых направили коней.И когда достигнули воинств троян и ахеян,265Там, с колесницы прекрасной сошедши на злачную землю,Между троян и ахеян срединою шествуют старцы.В встречу им быстро восстал повелитель мужей Агамемнон,Мудрый восстал Одиссей; и почтенные вестники обаЖертвы для клятвы священной представили; в чаше единой270Вина смесили и на руки воду царям возлияли.Тут Агамемнон, владыка, десницею нож обнажившиОстрый, висящий всегда при влагалище мечном великом,Волну отрезал на агнчих главах, и глашатаи оба,Взяв, разделили ее меж избранных троян и ахеян.275Царь Агамемнон воззвал, с воздеянием дланей моляся:«Мощный Зевс, обладающий с Иды, преславный, великий!Гелиос, видящий все и слышащий все в поднебесной!Реки, земля и вы, что в подземной обители душиОных караете смертных, которые ложно клянутся!280Будьте свидетели вы и храните нам клятвы святые:Если Парис Приамид поразит Менелая Атрида,Он и Елену в дому, и сокровища все да удержит;Мы ж от троянской земли отплывем на судах мореходных.Если Париса в бою поразит Менелай светловласый,285Граждане Трои должны возвратить и жену и богатства;Пеню должны заплатить аргивянам, какую прилично;Память об ней да прейдет и до поздних племен человеков.Если же мне и Приам, и Приама сыны отрекутсяДолжную дань заплатить по паденье уже и Париса,290Снова я ратовать буду, пока не истребую дани;Здесь я останусь, пока не увижу конца ратоборству».Рек и гортани овнов пересек он суровою медьюИ обоих на земле положил их, в трепете смертномЖизнь издыхающих: юную силу их медь сокрушила.295После, вино из чаши блистательной черпая кубком,Все возливали и громко молились богам вечносущим;Так не один возглашал меж рядами троян и ахеян:«Зевс многославный, великий, и все вы, бессмертные боги!Первых, которые смеют священную клятву нарушить,300Мозг, как из чаши вино, да по черной земле разольется,Их вероломных и чад, — и пришельцы их жен да обымут!»Так возглашали; моленья их не исполнил Кронион.Старец Приам между тем обратился к народам, вещая:«Слову внимайте, трояне и храбрые мужи ахейцы:305Я удаляюсь от вас, в Илион возвращаюсь холмистый.Мне недостанет сил, чтобы видеть своими очамиСына любезного бой с Менелаем, питомцем Арея.Ведает Зевс Эгиох и другие бессмертные боги,В битве кому из подвижников смертный конец предназначен».310Рек, — и овнов в колесницу влагает божественный старец;Всходит и сам и бразды к управленью коней напрягает;Подле него Антенор на блистательной стал колеснице.Старцы, назад обратяся, погнали коней к Илиону.Гектор тогда Приамид и с ним Одиссей благородный315Прежде измерили место сражения; после, повергнувЖребии в медный шелом, сотрясали, да ими решится,Кто в сопротивника первый копье медяное пустит.Рати же окрест молились и длани к богам воздевали;Так не один восклицал меж рядами троян и ахеян:320«Мощный Зевс, обладающий с Иды, преславный, великий!Кто между ими погибельных дел сих и распрей виновник,Дай ты ему, пораженному, в дом погрузиться Аида,Нам же опять утвердить и священные клятвы и дружбу!»Так возглашают; а Гектор великий два жребия в шлеме,325Взор отвратив, сотрясает, и выпрянул жребий Париса.Воины быстро уселись рядами, где каждый оставилКоней своих звуконогих и пестрые ратные сбруи.Тою порой вкруг рамен покрывался оружием пышнымЮный герой Александр, супруг лепокудрой Елены.330И сперва наложил он на белые ноги поножи10Пышные, кои серебряной плотно смыкались наглезной11;Перси кругом защищая, надел медяные латы,Брата Ликаона славный доспех, и ему соразмерный;Сверху на рамо набросил ремень и меч среброгвоздный335С медяным клинком; и щит захватил, и огромный и крепкий;Шлем на могучую голову ярко блестящий надвинулС гривою конскою; гребень ужасный над ним волновался;Тяжкое поднял копье, но которое было споручно.Так и Атрид Менелай покрывался оружием, храбрый.340И едва лишь каждый в дружине своей воружился,Оба они аргивян и троян на средину выходятС грозно блестящими взорами; ужас смотрящих объемлетКонников храбрых троян и красивопоножных данаев.Близко герои сошлись и на месте измеренном стали,345Копья в руках потрясая, свирепствуя друг против друга.Первый герой Александр послал длиннотенную пикуИ ударил жестоко противника в щит круговидный;Но — не проникнуло меди, согнулось копейное жалоВ твердом щите. И воздвигся второй с занесенною пикой350Царь Менелай, умоляющий пламенно Зевса владыку:«Зевс! Помоги покарать сотворившего мне оскорбленье!В прах моею рукой низложи Приамида Париса;Пусть ужасается каждый и в поздно рожденных потомкахЗлом воздавать за приязнь добродушному гостеприимцу».355Рек он — и, мощно сотрясши, поверг длиннотенную пику,И ударил жестоко противника в щит круговидный:Щит светозарный насквозь пробежала могучая пика,Броню насквозь, украшением пышную, быстро пронзилаИ, на паху12 подреберном, хитон у Париса рассекла,360Бурная; он, лишь отпрянув, погибели черной избегнул.Сын же Атреев, исторгнув стремительно меч среброгвоздный,Грянул с размаху по бляхе шелома; но меч, над шеломомВ три и четыре куска раздробившися, пал из десницы.Царь Менелай возопил, на пространное небо взирая:365«Зевс, ни один из бессмертных, подобно тебе, не злотворен!Я наконец уповал покарать Александра злодея;И в руках у меня сокрушается меч, и напрасноВылетел дрот из десницы моей: не могу поразить я!»Рек — и напал на него, и, за шлем ухватив коневласый,370Быстро повлек, обратившися к пышнопоножным ахейцам.Стиснул Парисову нежную выю ремень хитрошвенный —Вплоть у него под брадой проходившая подвязь шелома.Он и довлек бы его, и покрылся бы славой великой;Но любимца увидела Зевсова дочь Афродита;375Кожу вола, пораженного силой, она разорвала:Шлем последовал праздный за мощной рукой Менелая.Быстро его Атрейон, закруживши на воздухе, ринулК пышнопоножным данаям, и подняли верные други.Сам же он бросился вновь, поразить Александра пылая380Медным копьем; но Киприда его от очей, как богиня,Вдруг похищает и, облаком темным покрывши, любимцаВ ложницу вводит, в чертог, благовония сладкого полный;Быстро уходит Елену призвать, и на башне высокойЛедину дочь, окруженную сонмом троянок, находит,385Тихо рукой потрясает ее благовонную ризуИ говорит, уподобяся старице, древле рожденной,Пряхе, что в прежние дни для нее в Лакедемоне градеВолну прекрасно пряла и царевну вседушно любила;Ей уподобяся, так говорит Афродита богиня:390«В дом возвратися, Елена; тебя Александр призывает.Он уже дома, сидит в почивальне, на ложе точеном,Светел красой и одеждой; не скажешь, что юный супруг твойС мужем сражался и с боя пришел, но что он к хороводуХочет идти, иль воссел опочить, хоровод лишь оставив».395Так говорила, — и душу Елены в груди взволновала:Но, лишь узрела Елена прекрасную выю Киприды,Прелести полные перси и страстно блестящие очи,В ужас пришла, обратилась к богине и так говорила:«Ах, жестокая! Снова меня обольстить ты пылаешь?400Или меня еще дальше, в какой-либо град многолюдный,Фригии град иль Меонии радостной хочешь увлечь ты,Если и там обитает любезный тебе земнородный?Ныне, когда Менелай, на бою победив Александра,Снова в семейство меня возвратить, ненавистную, хочет,405Что ты являешься мне, с злонамеренным в сердце коварством?Шествуй к любимцу сама, от путей отрекися бессмертныхИ, стопою твоей никогда не касаясь Олимпа,Вечно при нем изнывай и ласкай властелина, доколеБудешь им названа или супругою, или рабою!410Я же к нему не пойду, к беглецу; и позорно бы былоЛоже его украшать; надо мною троянские женыВсе посмеются; довольно и так мне для сердца страданий!»Ей, раздраженная Зевсова дочь, отвечала Киприда:«Смолкни, несчастная! Или, во гневе тебя я оставив,415Так же могу ненавидеть, как прежде безмерно любила.Вместе обоих народов, троян и ахеян, свирепствоЯ на тебя обращу, и погибнешь ты бедственной смертью!»Так изрекла, — и трепещет Елена, рожденная Зевсом,И, закрывшись покровом сребристоблестящим, безмолвно,420Сонму троянок невидимо, шествует вслед за богиней.Скоро достигли они Александрова пышного дома;Обе служебницы бросились быстро к домашним работам.Тихо на терем высокий жена благородная всходит.Там для нее, улыбаясь пленительно, кресло Киприда,425Взяв сама, пред лицом Александровым ставит, богиня.Села на оном Елена, рожденная Зевсом Кронидом,Очи назад отвратила и так упрекала супруга:«С битвы пришел ты? о лучше б, несчастный, навеки погибнулМужем сраженный могучим, моим преждебывшим супругом!430Прежде не сам ли хвалился, что ты Менелая герояСилой своей и рукой и копьем превзойдешь в ратоборстве!Шествуй теперь и Атрида могучего вызови снова;Лично с героем сразися. Но я не советую; лучшеМирно покойся, и впредь с светлокудрым Атреевым сыном435Ратовать ратью, ни битвою биться не смей безрассудно;Или, страшись, да его копием укрощен ты не будешь!»Ей отвечая, Парис устремляет крылатые речи:«Нет, не печаль мне, супруга, упреками горькими сердца;Так, сегодня Атрид победил с ясноокой Афиной;440После и я побежду: покровители боги и с нами,Ныне почием с тобой и взаимной любви насладимся.Пламя такое в груди у меня никогда не горело;Даже в тот счастливый день, как с тобою из Спарты веселойЯ с похищенной бежал на моих кораблях быстролетных445И на Кранае13 с тобой сочетался любовью и ложем.Ныне пылаю тобою, желания сладкого полный».Рек он — и шествует к ложу, за ним и Елена супруга.Вместе они на блистательноубранном ложе почили.Сын же Атреев по воинству рыскал, зверю подобный,450Взоры бросая кругом, не увидит ли где Александра.Но ни единый из храбрых троян и союзников славныхМощному сыну Атрея не мог указать Александра.Верно, из дружбы к нему, не сокрыл бы никто его зревший:Всем он и им уже был ненавистен, как черная гибель.455Громко тогда возгласил повелитель мужей Агамемнон:«Слух преклоните, трояне, дардане и рати союзных!Видимо всем торжество Менелая, любимца Арея.Вы аргивянку Елену, с богатством ее похищенным,Выдайте нам и немедленно должную дань заплатите,460Память об ней да прейдет и до поздних племен человеков».Так Агамемнон вещал, — и в хвалу восклицали ахейцы.
1Пигмеи — баснословный народ карликов, величиною в «пигму» (греческая мера длины от локтя до кулака); живут, по Гомеру, на берегах южного Океана, на них нападают летящие к югу журавли. Наше обиходное выражение «пигмей» — ничтожество.2Пард — барс, зверь кошачьего рода.3Прядать, прянуть — прыгать, скакать, соскочить.4Каменной ризой одет — побит камнями и погребен под грудою камней.5Ахаия (Ахея) — у Гомера область поселения ахейцев (см. ахейцы).6Скейские ворота — см. Илион.7Деверь — брат мужа, слово общеизвестное, но стих, в котором оно употреблено, несколько темноват; его говорит Елена:
«Деверь он был мне; увы, недостойная, если б он был им!», —
то есть, если бы был и теперь, если бы оставался деверем, если б я не уезжала с Парисом и по-прежнему была женой Менелая.8Сангарий — вторая после Галиса по размерам река в М. Азии.9Амазонки — мифический воинственный народ женщин, живший главным образом в Каппадокии. Приам в молодости сражался с ними, а в Троянскую войну они помогали ему против греков. Может быть, миф об амазонках является отражением господства женского начала в семье (так называемого матриархата) у многих древних народов.10Поножи — часть лат, покрывающая ноги.11Наглезна — застежка обуви.12Пах — сгиб ляжки, примыкающий к брюху.13Краная — остров близ Лаконии, куда Парис увез похищенную из Спарты Елену.